Метро:
Район:

Категория: Инцест

Первый раз (Отрывки из дневника 2)

Желаю продолжить описание того как было с отцом далее. После первого раза папа голубил меня нередко, ведь мне это так понравилось, но я не решалась узреть его член и тем паче притронуться к нему. Вот в один прекрасный момент мать уехала к собственной давнешней университетской подруге, а мы с отцом остались одни дома на всю ночь. Нужно ли гласить, что ночь обещала быть горячей от папиных ласк. Был теплый летний вечер. На небе собирались черные тучи. Все предсказывало то, что скоро начнется ливень. Один из сильный летних дождиков когда с неба падает стенка теплой воды и улицы одномоментно пустеют.

Я люблю бегать под таким дождиком. Вот и на данный момент предчувствуя это, я попросила папу отпустить меня погулять под этим дождиком. Он согласился, но с некими обмолвками. Во первых он предложил мне снять лифчик и одеть полупрозрачную футболку. Позже надеть короткую юбочку, ну и выйти со мной самому. Я согласилась. Естественно, представляла, что в влажной футболке я буду смотреться совершенно нагой. Но это меня только возбуждало. К тому же, как я уже гласила, людей в такое время фактически не бывает на улице.

Я стремительно переоделась и мы направились. Ливень не застал себя длительно ожидать. Вода обвалилась стенкой, и в мгновенье ока на нас с отцом не осталось сухой нити. Было довольно мрачно так, что смущяться особо не приходилось. Я радовалась, подставляя дождику свое лицо и ладошки. Пользуясь тем, что рядом никого не было я обняла папу, а он прочно прочно поцеловал меня. От этого поцелуя закружилась голова, я застыла в его объятиях. И ощутила, как его язык стал играть с моим.

Папа придавил меня к для себя. Так, что я ощутила понизу собственного животика давление его уже набухшего от возбуждения жаркого члена. Мимо проезжала какая-то машина, и на несколько секунд осветив нас своими фонарями. В это мгновение папины руки приподняли подол моей короткой юбочки, скользнули под нее, и одним резким движением сдернули мои трусики с бедер так, что они свалились на влажный асфальт. Я вскрикнула от неожиданности, но папа заглушил этот вопль поцелуем. Волна возбуждения от понимания того, что в машине наверное лицезрели, в свете фар, как все это, вышло, практически оглушила меня.

Мне захотелось остаться вообщем без одежки, но я не отважилась, а только теснее прижалась к отцу. Ливень был по — летнему маленьким. И минут через 5, 10 завершился. Я подняла свои трусики и, не одевая их, мы поторопились домой. Я была очень возбуждена от всего, что только-только вышло и от того, что замечала, как на меня обращают свое внимание редчайшие прохожие, попадавшиеся нам на встречу. Еще бы ведь я была фактически до пояса нагой. Соски мои от возбуждения чернели под прозрачной тканью футболки и выпирали 2-мя холмами, трусики были зажаты в ладошке и белели в свете уличных фонарей.

А юбка прилипла к ногам, так что плотно охватывала мои нагие ноги. На этом приключения не кончились. Чуть заглянув в подъезд, папа предложил мне снять футболку и подняться на 2-ой этаж (наша квартира на втором этаже) в таком виде. Мне стало боязно, да и добавило возбуждения. Я стала пробовать стянуть влажную футболку с себя, сразу поднимаясь ввысь по лестнице, но это было не просто сделать. Папа посодействовал мне, но мы в это время поднялись уже к самой двери квартиры. Так что риск был мал. Открыв дверь, мы оба юркнули в мглу квартиры. Чтоб не простудиться после таковой прогулки мы стремительно разделись. Сняли всю одежку и остались совершенно нагими. Вот тут-то мой взор невольно свалился на папин член. Он был достаточно большой. В полу возбужденном состоянии. Видимо наша совместная прогулка и для него была не бесследной. Мы развешивали одежку для просушки, а мой взор всегда поневоле натыкался на папин член.

Мне было уже не жутко, напротив мне все в большей и большей степени нравилась эта смешная игрушка, обещающая настолько не мало сладких мгновений, минут, либо же даже часов.

Здесь папа, или в шуточку, или серьезно гласит: «А можешь на данный момент выйти в подъезд полностью нагой?» Я малость ужаснулась. Негативно закачала головой. Но от двери не отошла, так как эта идея овладела мной, ведь я еще на улице желала раздеться донага, и я ощущала, что не могу ей противиться. Так как дома никого не было не считая нас двоих, и мы были уже совершенно нагие, я стояла, все еще не решаясь на ЭТО. Папа, видимо, понимая мое смятение, не торопил. Спустя минутку он мне опять предложил испытать этот экстрим.

Я снова ужаснулась, но сейчас, так как сама внутренне практически отважилась, произнесла, что смогу. Папа опешил моей решительности и подошел к двери. Я задрожала от испуга и возбуждения сразу. В голове промелькнула отчаянная идея. Неуж-то он на данный момент откроет ее, и я окажусь полностью нагой, перед всеми, кто в этот момент окажется рядом с дверцей? Но отступать уже было поздно, ведь я отдала согласие на это. Собравшись с духом, прислушалась, нет ли кого в подъезде, за дверцей было тихо.

Ну и пусть лицезреют, пусть глядят на меня мне не жутко, я желаю этого. Эта идея вскружила мне голову. Тогда, быстрее сама себя, подстегивая, я произнесла отцу — открывай. Он сам, будучи нагим, стоял на пороге и потому если кто бы в это время про-ходил мимо, то увидел бы нас нагими вдвоем стоящими рядышком. Папа малость помедлил, разумеется, как и я, прислушиваясь и открыв дверь, пропустил меня вперед. Я, от испуга ни живая, ни мертва, тормознула на пороге, а позже, сделав глубочайший вдох, шагнула на лестничную клеточку.

Сейчас если кто случаем взглянет в дверной глазок, сумеет узреть меня во всей красоте — подумалось мне. Но как, ни удивительно эта идея не прирастила ужас, а напротив придала возбуждения. Пусть лицезреют, пусть глядят, я этого сама желаю. Желаю, чтоб лицезрели меня совершенно, совершенно нагой все наши соседи и случайные люди, вошедшие в подъезд. С этой идеей я сделала еще пару шажков и оказалась на лестнице, ведущей ввысь на последующий этаж. Нужно сказать, что мы живем на втором этаже 5-этажного дома.

Так что можно было подняться еще на три этажа ввысь. И если в это время кто-то зайдет в подъезд, то встречи с ним мне уже фактически не миновать. Сердечко неистово колотилось в груди, я вся побагровела от смущения, кутерьмы мыслей, ужаса и возбуждения. Я тормознула в нерешительности на первой ступени, но лишь на мгновение, а позже пошла уверенней и стала подниматься ввысь. Сейчас я желала подняться на самый верхний, 5-ый этаж. При этом один глас во мне повсевременно подгонял меня, чтоб я сделала это, стремительно поднялась и спустилась.

А другой глас гласил, для чего торопиться? Для тебя же приятно! Для тебя же охото этого! Насладись кайфом, потяни наслаждение. Не смущяйся. Пусть тебя все увидят совсем нагой. Ты же не будешь скрываться, напротив, ты будешь глядеть в глаза этому человеку, который на данный момент повстречается для тебя. Так, в таком смятении мыслей, я поднялась на 3-ий, 4-ый и в конце концов, 5-ый этаж. Оставив папу ожидать меня у открытой двери на втором этаже. Остановившись на 5-ом этаже, я вдруг ощутила, что вся теку от возбуждения.

Что обильно выделявшаяся смазка начала стекать вниз по ногам. Чтоб малость снять напряжение пришлось немного поласкать собственный клитор, остановившись на лестничной клеточке 5-ого этажа, опершись на перила. Постояв так секунд 20. Я начала спускаться вниз с этим же чувственным раздраем. Вот уже и 2-ой этаж. Я тормознула перед дверцей. С одной стороны хотелось шмыгнуть в нее и, захлопнув перевести дух от такового приключения. А с другой стороны напротив хотелось продолжить его к тому же еще.

Я тормознула в раздумье и все-же решила спуститься на нижний этаж. Еще пару шажков по лестнице, ведущей вниз и я на площадке меж первым и вторым этажами. В это самое мгновенье раздается щелчок открываемой входной двери. До меня не сходу доходит, что в подъезд заходят два парня. Они переговариваются меж собой и начинают подниматься ввысь. Я стремительно поворачиваюсь, и все-же стараясь не торопиться, начинаю подниматься ввысь, к собственной квартире. Лестничная клеточка освещена броской лампочкой, висячей над нашей входной дверцей.

Я в ее свете видна им как на ладошки. Полностью нагая, правда, со спины. Я чувствую их взоры. Они удивлены, так как разговор в один момент обрывается и повисает тишь. Но вот и дверь. Я скрываюсь за ней и попадаю в папины руки практически без сил. Он несет меня на диванчик, кладет, шепчет что-то нежное, ободряющее. У меня кружится голова. Я чувствую, как папа кладет мою ладошку на пизду. Шепчет мне на ухо — поласкай ее, для тебя будет на данный момент в особенности приятно. Пусть для тебя будет отлично, а я полюбуюсь тобой и подожду.

Практически под гипнозом начинаю мастурбировать. Голова кружится, кажется, что пылает броский обжигающий свет. Понизу животика все сладко тянет. Пальцы мои скользят по клитору, вызывая непередаваемые чувства радости и полета. Еще, еще, еще охото мне. Жар от животика подымается выше и выше, сердечко стучит и ему тоже жарко. В конце концов они соединяются совместно — тепло, идущее снизу и тепло моего сердца. Вспышка!!! Я отключаюсь, чувствуя, что поднимаюсь куда-то ввысь. Что-то шепчу либо кричу, а может просто, издаю странноватые звуки.

Все мое тело купается в сладостной волне. Я на мгновенье исчезаю из этого мира. Спустя какое-то время возвращаюсь в этот мир от сладкого чувства тепла разливающегося в моей груди. Я чувствую нежные касанья чего-то жаркого и огромного. Открываю глаза, и моему взгляду стает большой, нет просто большой, папин член с открытой головкой. Как распустившийся цветок пунцового цвета. Он гладит и голубит мои соски, касаясь их головкой собственного огромного члена. И каждое это касание отзывается в моем сердечко сладостной истомой.

Мне отлично, и повинуясь какому-то десятому чувству, я протягиваю пальчики к этому притягивающему, привораживающему меня собственной красотой хую. Я начинаю ублажать его ладошкой. Папа помогает мне, направляя движения ладошки так чтоб было ему приятно. Я это чувствую, и возбуждение новейшей волной начинает накрывать меня. При всем этом папа делает движения бедрами навстречу мне. Он стоит совершенно рядом с диванчиком, и каждое движение его бедер приближает головку к моему лицу так, что практически касается его.

Мне горячо, я не могу оторвать взгляда от этого великолепья мужской силы. Мне охото к тому же еще ублажать его. Хочешь еще слаще — шепчет папа. Для чего, ну для чего он спрашивает? Мерцает в моем мозгу. Естественно, желаю!!! Очень желаю!!! Вырывается из меня как сдавленный стон либо выдох. Папа делает движение бедрами мне навстречу, и я чувствую, как головка касается моих полу-раскрытых от возбуждения губ. Сразу его ладонь скользит по моему телу, поначалу по торчащим от возбуждения и прилива крови соскам. Позже ниже, ниже по животику.

Мне приятно это. В пред-вкушении ласк я раздвигаю свои ноги, чтоб пропустить папину ладонь к моей киске. Вот я уже чувствую, как его пальцы начинают легонько играть с моим клитором. Ах! Почему не эта прекрасная головка, на данный момент раздвигает мои половые губы и играет с моим клитором, а только пальцы? Мерцает шальная идея в моей голове, но ее перебивает другое чувство. Мне малость жутко и особенно. Папа чуток повел вперед своими бедрами. Я закрываю глаза, чувствуя, как папина головка упруго раздвигает мои губы и погружается ко мне в рот.

Моя ладошка, скользя по стволу его члена, ограничивает глубину проникания, но мне очень приятно ощущать его во рту. Во мне пробуждается дама со всеми ее инстинктами, и я начинаю сама ублажать его головку, скользя по ней своим языком. Я чувствую глубочайшее участившееся дыхание. Сама вхожу в резонанс с движением папиных пальцев по моему клитору. Вообщем проваливаюсь куда-то в теплый полумрак. Чувствую, как сливаюсь с ним в одно целое пульсирующее. Я не желаю этому препятствовать.

Желаю насладиться всем. Желаю, чтоб это продолжалось вечно и не кончалось никогда. Я издаю какие-то стонущие звуки. И вот когда опять приближается оргазм, я ощутила, как папин член начал пульсировать во мне. И в то же самое мгновенье из него в меня стукнула струя сладкого нектара, который одномоментно заполнил мой рот. Я начала глотать его, чтоб не утратить ни одной капельки этого божественного сока любви. Чуть эта идея пронеслась в моей голове, как мое тело стало сотрясаться от сильного оргазма, а душа моя по-летела птицей к самому солнцу.

Вот такое малюсенькое приключение было у меня с отцом. Позже было еще много всякого, но об этом в другой раз.

Добавить комментарий